История, сошедшая с архивного листа. Память о военном детстве.

В Наро-Фоминском архиве хранятся документы из личного семейного фонда Грибовых - Бондаревских, которые передала на хранение в архив Калиненко Лариса Никандровна. 

Один из документов - медицинская справка от 06. 04.1942 г. о лечении Грибовой Ларисы в больнице имени Филатова города Москвы после освобождения из плена.  

Для Ларисы Никандровны в этом маленьком пожелтевшем листике -   вся скорбь её горького военного детства. Она посетила архив и поделилась с нами своими воспоминаниями. 

Отец, Грибов Никандр Степанович служил в Риге, в особых частях. 17 июня 1941 года был выходной день, отдыхали семьей. Вдруг в небо взлетела ракета - это был сигнал для экстренного сбора личного состава. Отец сел на велосипед и направился в штаб. Возвратившись домой, он сказал жене: «Лена, если что случится, партия тебе поможет». С этими словами уехал на задание. Это были его последние слова, которые слышали родные.  Мама приняла решение уехать из Риги. Билеты удалось достать только в Ленинград, но ехать нужно было к родным в Наро-Фоминск, поэтому билеты она отдала знакомой, взяла четверых детей и направилась на вокзал. На вокзале была ужасная толкучка, масса народа. Маленькая Лариса сильно плакала. Её успокоил солдат, подарил ей красную сумочку. Мать подбежала к машинисту поезда и попросила довезти до Москвы. Ехали в купе. Народу, на удивление, в поезде было не так и много. Поезд сопровождали три истребителя, бомбили. В Москве предложили эвакуироваться в Челябинск, но мама отказалась, поехала в Наро-Фоминск к родным. Они поселились в фабричном доме №40 у бабушки. Через три месяца началась оккупация города. Вспоминается эпизод, когда они 17 октября гуляли с мамой на улице и увидели в небе самолет. Дети радостно закричали: «Папка летит, папка летит!». Но вдруг из самолета посыпались бомбы. Взрывной волной детей разбросало в разные стороны. Мать спасала их в подвале. На следующий день она собрала вещи в узлы, взяла детей и направилась в деревню Ерюхино. В то время в районе д. Слизнево сбили русского летчика, он выпрыгнул с парашютом, упал на деревья, покалечился. Подоспевшие немцы его бросили на подводу и повезли расстреливать к речке. Мать подумала, что это её муж и своим поведением выдала, что она жена советского летчика (бежала за подводой и кричала: «Никандр! Никандр!») Их семья была схвачена немцами. Лариса помнит, как уцепилась за мать, а немец схватил её за руку и швырнул в сторону, сломал два пальца, разбил ей лоб, грудного ребенка ударил о кровать головой. На следующий день их угнали в д. Мишуково Боровского района, где   заточили в бане на краю деревни, там же находилось ещё семь семей. Они голодали и было очень холодно. Днём их охранял немецкий автоматчик. В одну из ночей конца декабря к ним заглянул русский разведчик и сообщил, что готовится наступление. Вскоре загремели канонады. Немцы погнали жителей в Боровскую церковь. Их вывели на расстрел. На руках у матери была мертвая восьмимесячная девочка, дети были измучены голодом и холодом. Мать, потеряв все силы, села в снег, немец хотел расстрелять, но староста сказал: «Не трать на них пули». Они остались живы. Советские войска наступали. Наутро подвода с нашими красноармейцами довезла их до Наро-Фоминска. По шпалам шли со станции Латышской до города, который предстал в ужасающем виде: разруха, везде лежали груды погибших- и русских, и немцев. Родной дом №40 оказался разбитым. Их приютила семья Хромутиных. Прожили у них до 1943 года. Об отце не было никаких известий. В 1943 году пришло извещение, что он пропал без вести. 

В феврале 1942 года четырехлетнюю Ларису, доведённую в плену до полного истощения, на два месяца поместили в Московскую Филатовскую больницу для излечения. Она до сих пор помнит белую мраморную лестницу, на которой стояла мама и крепко прижимала маленькую Ларису к себе. Очень страшно было малышке, когда чужая женщина забрала её из маминых рук и отнесла в больничную палату. 

Недавно Лариса Никандровна посетила эту больницу и поведала нам, что испытала невероятно сильные эмоции от увиденного. Персонал больницы уделил ей большое внимание, провёл по помещениям. В одном из корпусов - всё та же белая мраморная лестница. Ранее, до 1885 года, здание принадлежало князю Александру Алексеевичу Щербатову, затем он подарил его городским властям для обустройства детской больницы. Ларисе Никандровне показали экспозицию музея Филатовской больницы.  

Врачи были искренне удивлены, как в голодное военное время при почти полном отсутствии лекарств удалось выходить девочку, которой написали в диагнозе «истощение, анемия, безбелковые отёки». По сути, вернули её «с того света». Вспомнили и врача, которая лечила маленькую Ларису, фамилия её - Воробьёва. Это была совсем молодая женщина. Однажды её вызвали загород к девочке, заболевшей тифом. Она вылечила малышку, но сама заразилась и умерла. 

Война стучится в наши сердца, отдаёт болью, пробуждает горькие воспоминания у тех, кто её пережил. Лариса Никандровна совершила эту поездку, чтобы ещё раз окунуться в свою память. Справка, написанная от руки на маленьком клочке пожелтевшей бумаги, вернула её в прошлое, забыть которое она не может.  

По воспоминаниям Ларисы Никандровны были написаны картины «Узники Наро-Фоминска в д. Мишуково» (художник Бурков Ю.А.) и «17 октября 1941. Первый день войны в Наро-Фоминске» (художник Фонин Ю.П.). 

Коллектив архива всегда рад приходу Ларисы Никандровны – удивительного, искреннего человека, испытавшего на себе тяготы войны. Её рассказы о военном детстве - бесценные свидетельства истории.  

Мы не имеем морального права забывать о трагических судьбах военного поколения. Они это заслужили. 

                                            Наталья Хорошева 

         Р.S. Коллектив архива благодарит Калиненко Ларису Никандровну за предоставленные материалы